Подошла сегодня ночью ко мне Гермиона Грейнджер из неодноименного фильма, ласково обняла за талию, и проникновенно так на ушко шепчет:
- Пошли, пожрём, тут местные лилипуты коня зажарили.
Заходим, значит, в локацию, реально - конь, как есть, не ободранный, не потрошёный, целиком зажаренный. Лежит на спине, копыта к небу на прямых ногах. Печёные глазные белки украшены незабудками, в каждом копыте торчит по маку, а под хвост воткнут цветущий кактус. Я в недоумении смотрю на эту кулинарию, а Гермиона мне опять на ушко аэсемэрит:
- Пожрём, ты посуду помоешь, и я тебе дам...
Тут я от ужаса с хохотом проснулся, чем жену напугал.